Четверг 06 Октября 2022 года

Откуда есть пошло Село Царское?

Можно ли сегодня ответить на этот вопрос? В какие глубины истории нам нужно погрузиться, чтобы осветить прошлое той территории, на которой сейчас располагается Пушкинский район Санкт-Петербурга? Откуда взялись кажущиеся нам непонятными топонимы – такие как Пулково, Тярлево, Шушары, Пязелево, Гуммолосары… А сколько еще подобных названий исчезло во время строительства Царского Села, во время Великой Отечественной войны! Но они тоже должны оставаться в нашей памяти. Ведь в этих деревнях, на этих ручьях и речках жили наши предки, здесь проходило блокадное кольцо Ленинграда, здесь шли бои… Многие необозначенные и не найденные поисковиками до сих пор могилы павших воинов находятся возле этих исчезнувших деревень и других географических ориентиров.
Сегодняшней статьей мы начинаем цикл материалов о ранней истории нашего края. Истории не мифической, а той, которая подтверждается выявленными к настоящему времени историческим документами.

В 7008 году от сотворения мира

Самый ранний из таких документов – «Переписная окладная книга по Новугороду Вотьской пятины 7008 года Дмитрия Китаева» («Писцовая книга Водской пятины»). 7008 год от сотворения мира – это 1499/1500 по современному летоисчислению (год в то время начинался, как мы помним, не 1 января). Рукопись этой книги хранится в Москве, в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА). Но еще в XIX веке «Переписная окладная книга» была издана и при этом разделена на две части. Нас будет интересовать та часть, что была опубликована в 1851 году в Москве, в издании «Временник Императорского Московского общества истории и древностей Российских», книга 11. Именно ее мы чаще всего и будем цитировать. Это самый древний и самый обширный из дошедших до нас источников. Откуда он взялся? В 1478 году Иван III окончательно усмиряет Великий Новгород, и через какое-то время начинается описание новгородских земель с целью установить дань, которую должно платить Москве. Результатом стала перепись этих земель, до нас не дошедшая, а уже упомянутая «Писцовая книга Водской пятины Дмитрия Китаева 7008 года» стала уже второй такой переписью, зафиксировавшей промежуточные результаты московского «хозяйствования» в новоприсоединенном регионе. Однако книга 7008 года часто ссылается на результаты первой, не дошедшей до нас переписи: мол, было то-то,а стало то-то.

Иван III Васильевич – великий князь Московский (1440–1505), государь всея Руси (1462–1505)

 

На картах Ингерманландии

Следующий важнейший источник, доступный для нас, – шведские карты XVII века. Как известно, в начале этого века по Столбовскому мирному договору Приневье отошло к шведам и было возвращено Петром I в результате Северной войны уже в начале XVIII века. И шведы (в отличие от русских, дававших только словесное описание мест), активно рисовали карты. Карты эти разной степени точности и подробности, так что анализировать их нужно все, что доступны.
Но, забегая вперед, скажем, что самой подробной и точной является «Генеральная карта провинции Ингерманландии» Э. Белинга 1678 года (с поправками 1704 года). Рисовались карты, отражавшие нашу территорию, и в других государствах, на что мы также обратим внимание. Помимо карт от XVII века остались, конечно, и другие хозяйственные документы, и даже описания путешественников. И наконец, в нашем распоряжении множество карт, рисовавшихся от момента возвращения Приневья в Россию при Петре I до Великой Отечественной войны, а то и до настоящего времени.
Итак, начнем. И начнем мы с самого главного топонима – «Царское Село».

Легенда о Сарице

Есть такой интернет-ресурс «Википедия», которым мы часто пользуемся. При этом сведения, приведенные там, могут быть как ценными, так и непроверенными. Вот что, например, написано в «Википедии» о происхождении названия «Царское Село»: «В шведское время (1609–1702) на территории Екатерининского дворца существовала шведская дворянская усадьба Саари Моис[и]. Это была небольшая усадьба, состоявшая из деревянного дома, хозяйственных пристроек к нему и скромного сада, разделенного двумя перпендикулярными аллеями на четыре квадрата. Впервые это поселение упоминается в составе Никольского Ижорского погоста в «Переписной окладной книге по Новгородской Водской пятине» 1501 года. На картах, составленных для Бориса Годунова, поместье имеет название «Сарица». Позднее, под влиянием русской народной этимологии, название трансформировалось в «Сарскую мызу», затем в «Саарское село» и, наконец, стало Царским Селом». Это – отправная точка, отчасти миф, отчасти путаница, через которую мы попытаемся пробиться, обратившись к указанным выше источникам. При этом сами поиски оказываются, на мой взгляд, куда как интереснее той сухой выжимки, которую приводит «Википедия». Насколько мне известно, «открыл тему» Александр Федорович Гейрот в книге «Описание Петергофа», вышедшей в 1868 году: «Олеарий, оставивший интересные записки о путешествии своем по России, в царствование Михаила Федоровича, упоминает в них, по поводу ночлега своего в селе Сарице, нынешнем Царском Селе, о живших вблизи от Сариц баронах Дудергофских. И действительно, на шведских картах означена даже резиденция их возле Дудорова, мыза Дудергоф и обширные сады, принадлежавшие к этой мызе». Идем по ссылке. Адам Олеарий, немецкий ученый, живший в XVII веке, оставил обширное «Описание путешествия Голштинского посольства в Московию и Персию». Как справедливо отметил еще в 1910 году Александр Бенуа в книге «Царское Село при императрице Елизавете Петровне», «о таковом ночлеге в оригинальном немецком, в переводном французском (на которое ссылается Гейрот) и в переводном русском изданиях не говорится». Тот же Бенуа обратил внимание, что «Сарицей или Зарицей (Saritz) Олеарий называет местность, в которую он прибыл во время своего вторичного посольства, 8 марта 1636 г., однако эта местность, находившаяся между шведским селением Орлином (Орлиным погостом) и Лилиенгагеном (в 7 верстах от Нарвы), не может считаться Сарской мызой, так как приходится гораздо южнее Дудергофа». И гораздо восточнее, добавим мы.

Адам Олеарий (1599–1671) – немецкий путешественник, географ, историк, математик и физик. Являлся конструктором и куратором создания с 1654 по 1664 год Готторпского глобуса

 

Где ночевал Олеарий

Перечитав современный перевод книги Олеария, легко убедиться, что Бенуа прав. Первая поездка Адама в Россию состоялась в 1634 году. Именно тогда он посетил Иоганнесталь – усадьбу Иоганна Скитте (Скютте, совр. Юхан Шютте), владельца Дудергофского погоста, находившуюся на дороге из Нарвы в Ниен. Как предполагают, данная усадьба находилась на месте современного Красного Села, что действительно не так уж далеко от Сарской мызы. Но вот загвоздка: из текста следует,
что Олеарий с товарищами, прибыв вечером 31 мая на ночлег в Иоганнесталь, на следующее же утро отправились прямиком в Ниен, куда и прибыли через три часа. Выходит, Гейрот ошибся? Писал по памяти, где смешались две разные поездки? Не будем спешить… Рассмотрим указание Гейрота на дудергофских баронов, тем более, что, по данным Сергея Вильчковского (его путеводитель по Царскому Селу впервые вышел в 1911 году), они являлись претендентами на владение селом Сарица. «В 1624 году, – пишет Вильчковский, – государственный советник Шведского королевства Иоанн Скютте, бывший наставник короля Густава Адольфа, получил в ленную отчину (лен – земельное владение, предоставленное феодалом своему вассалу – Прим. ред.) древний Новгородский Дудергофский погост, простиравшийся до самого берега Финского залива». Как ясно из примечаний, сведения о Юхане Шютте (Иоанне Скютте) заимствованы Вильчковским из книги Андрея Иоганна Гиппинга «Нева и Ниеншанц», вышедшей в 1909 году, и «Описания Петергофа» Гейрота.

Юхан (Иоганн) Шютте (1577–1645) – шведский государственный деятель и политик,
с 1602 года – один из воспитателей принца Густава Адольфа (король Швеции в 1611–1632 годах),
с 1624 года – барон

Однако Вильчковский справедливо оговаривает: «Неизвестно, входила ли в состав этого лена Сарица, показанная на шведских картах, в Славянском погосте, возникшем, кажется, уже в период Московского владычества над краем…». Одна из вышеупомянутых «шведских карт» – не что иное, как карта А. И. Бергенгейма 1676/1827 годов. Как мы увидим далее, она не во всем точна, однако то, что обозначенный на ней Sarishof находился в Славянском приходе (указание на погост ошибочно!) Николо-Ижерского погоста, не подлежит сомнению. Следовательно, нет никаких оснований утверждать, что он когда-либо принадлежал Ю. Шютте, владевшему, как мы помним, Дудергофским погостом. И соответственно Олеарию, гостившему у Скитте (Шютте), незачем было заезжать на земли какого-то соседа.
Сергей ВЫЖЕВСКИЙ,
Музей истории города Павловска (ЦККД «Павловск»)
Продолжение следует

«Царскосельская газета» № 24
30.06.2020

Добавить комментарий